Другой вид терроризма
admin 22 Июля 2011 в 10:10:39
Есть терроризм, о котором не говорят в новостях. Его оружие – долг, и это очень эффективный инструмент убийства.
Quote:
Кредитные организации говорили бедным странам, что, если брать кредиты и умно инвестировать, то они смогут покрыть этот долг и получить прибыль сверх этого. Однако они слышат это десятки лет, а долг все растет и растет. В 1980 году долг развивающихся стран составил 525.5 миллиардов долларов, при реальных погашениях процентов и основной суммы на 73.4 млрд. В 1990 году эти показатели 1259.8 и 140.6 соответственно, в 2000 г. – 2140.6 и 337.8 (Данные МВФ «Мировой обзор экономики» 2001 г.)
Западные экономисты говорили третьему миру, что экономический рост обеспечит благосостояние их народам, но для Африки, чей долг в 1970 оставлял 11 миллиардов, этот рост остался незаметным, ее долг в 2002 году возрос до 295 миллиардов.
Организации развития заявляют о своей помощи на весь мир, чтобы убедить общественность в том, что ими принимаются серьезные меры. Однако одна рука дает, вторая отбирает, причем отбирает она в несколько раз больше. Согласно данным Всемирного Банка, Ангола в 1999 году получила 261 миллионов долларов в качестве помощи, но заплатила 1114 миллионов процентами по долгу. Камерун получил 190 миллионов помощи, заплатил 549 миллионов долларов процентами по долгу, Кения получила 195 миллионов, заплатила 716 миллионов, Вьетнам получил 257 миллионов помощи, заплатил 1410 миллионов процентов (Global Development Finance, 2001).
Десятков миллионов долларов, вырученных с благотворительных концертов поп-звезд в пользу Африканского континента, едва хватает, чтобы покрыть проценты долга, набегающего всего за несколько часов. В 1999 году развивающиеся страны, включительно Восточный блок, были должны больше 2.03 миллиардов долларов странам первого мира (Global Development Finance, 2001). В 2000 году по данным МВФ эта цифра увеличилась до 2.140 миллиардов (World Economic Outlook, 2000). Ежедневно по процентам набегает 700 миллионов долга развивающего мира перед развитым. (UNDP Human Development Report, 1997).
Рассмотрим базовые показатели благосостояния, мы можем увидеть реальные, физические последствия этого долга: как он отражается на жизни людей. В 1995 году индустриальные страны зафиксировали показатель детской смертности (число смертей детей в возрасте до 5 лет на 1000 рожденных) на уровне 16. В то время как в Южной Азии цифра составила 109, а в тропической Африке – 169. (UNDP Human Development Report 1998). И это неудивительно. Ведь, например, в Танзании на выплату долга уходит в шесть раз больше, чем на здравоохранение. А в Уганде на здравоохранение тратится 2 фунта в год на душу населения, и 11.5 фунтов на погашение долга. (Jubilee 2000).
Долг развивающихся стран и выплаты по нему практически удваиваются каждое десятилетие. Т.е., по сути, основной долг никогда не будет возвращен полностью, и процентные выплаты по нему всё также будут непрерывно расти.
Но при этом ошибочно считать, что лишь развивающиеся страны страдают от применения ссудного процента в экономике. В действительности от этого страдают все, даже те, кто в относительной краткосрочной перспективе получает выгоду.
Согласно данным Министерства Международного Развития Великобритании в 2000 году 1.2 миллиарда людей в мире живут за чертой бедности, в крайней нищете, не имея доступа к базовым мед услугам, питанию, жилью. В тропических странах Африки 48 процентов людей живут без медицинских услуг, 48 – без чистой воды, 42 процента – неграмотных (не умеют читать и писать), в Южной Африке эти цифры равны 22, 18 и 49.5 процентов соответственно. Измеряемый в американских долларах по курсу на 1987 год, ВВП на душу населения в тропической Африке составлял 520 долларов а в Южной Азии 521 доллар, в то время как в индустриальных странах он равнялся $ 12.674 тысяч.
В 1996 году ООН сообщила, что самая бедная треть населения земного шара становится еще беднее. Даже Всемирный Банк признал, что число людей, живущих в абсолютной нищете (тех, кто выживает менее чем на один доллар в день) возросло с 1200 миллионов до 1500.
Долг стран третьего мира на две трети причитается коммерческим кредиторам, и одна треть многосторонним организациям кредиторов, таким как Всемирный банк, имеющим право преимущественного распределения капиталов своих членов.
Важно помнить, что цифры, в которых приводится внешний долг той или иной страны включают в себя государственный и частный долг в иностранной валюте. Долг, представленный в национальной валюте, не представляет особой сложности, потому что правительство страны может выпустить новые деньги, чтобы погасить его, за исключением, если действует механизм (полного) обеспечения (золотовалютного) эмиссии или если она привязана к другой валюте. А вот произвести американские доллары или другие западные деньги развивающиеся страны уже не могут и поэтому их долги странам первого мира становятся неподъемной финансовой ношей.
Помимо терминологических сложностей, есть также и ловушки статистики, о которых следует упомянуть. Необходимо различать между номинальным долгом страны и стоимостью этого долга в настоящее время (дисконтируемой, ожидаемой в будущем стоимости). Поскольку 10-процентная ставка по кредиту в 10 долларов равна однопроцентной ставке по кредиту в 100 долларов, некоторые займы, предоставляемые странам, могут быть объявлены (фигурировать) по дисконтируемой стоимости долга, чтобы занизить реальное положение вещей. К примеру, в 1999 году, номинальный/текущий долг Бенина составил $ 1.62 миллиарда/0.70 миллиардов, Бурунди $1.06\0.54 миллиарда.
Другой статистический прием – суммой обслуживания долга может быть заявлена сумма, которая реально платится, а не та, на которую рассчитан контракт. Поэтому может казаться что ситуация не ухудшается, а цифры остаются стабильными лишь потому что та или иная страна не может платить больше определенной планки.
Прошло пятьдесят лет так называемой «политики развития» и международные финансовые организации стали изобретать ей различные оправдания. Самым популярным аргументом стал штамп «коррумпированные диктаторы», но, так же как и другие доводы, он не проходит проверку. Что, все страны третьего мира коррумпированы? Если это так, то почему западные кредиторы заметили это лишь после того, как тысячи миллиардов долларов давались в долг десятилетиями? Так что же? Все население коррумпировано или только лидеры? Если так, то кто готовил этих лидеров, кто продвигал их, кто поддерживал их? Разве Западный мир не принимал в этом участия? Те, кто хоть что-то понимают в истории, конечно, не нуждаются в ответе на этот вопрос.
Следующий довод – это «переработанные нефтедоллары», и он также трещит по швам как несостоятельная попытка объяснить проблему долга развивающегося мира. Потому что на деле эта проблема гораздо старше, чем увеличение цен на нефть в 1970 году. Египет в 1860-х, Османская Империя в 1870-х и почти вся Южная Америка в 1930-х пережила дефолт из-за долга индустриальным странам. В 1960-х уже Бразилия, Турция и Аргентина попросили о реструктурировании. И если эта проблема возникла отнюдь не после нефтекризиса, то вряд ли можно винить во всем нефтедоллар.
Другая современная привычка – это вносить поправки в определение той проблемы, которую невозможно исправить, или придумывать новые меры, если старые оказались слишком тяжелыми. Вот один пример: «Открыть свою экономику глобальной экономике – определяющий фактор, благодаря которому развивающиеся страны смогут развить конкурентоспособность в производстве многих продуктов. В этих странах, названных Всемирным Банком «новыми глобализаторами» (Всемирный банк, Глобализация, экономический рост и бедность: факты, опасения и план действий) число людей, живущих в абсолютной нищете сократилось более чем на 120 миллионов (14 процентов) с 1993 по 1998»
(Данные МВФ, Глобальная Либерализация торговли и развивающиеся страны, 2001 год)
Похожим способом сокращалась безработица в Великобритании при правительстве Маргарет Тэтчер в 80-е года: резкая эмиссия денег и внесение более ста поправок в определение слова «безработный».
Помимо этого есть также фактически верные утверждения, однако дающие неверное представление о реальной ситуации, потому что в них опускаются существенные детали. Британский экономист Майкл Роубозам в книге Goodbye America, 2000 приводит пример Уганды, названной бывшим министром финансов США Ларри Саммерсом страной, испытавшей несколько лет экономического роста при политике Всемирного Банка в 1990-х годах. Однако в этом заявлении ничего не говорилось о том, что в 2000 году доход на душу населения в этой стране снизился на 30 процентов по сравнению с 1983 годом. Формально Саммерс был прав, действительно были эти «несколько лет экономического роста», но затем меры, предписанные Вашингтоном привели в катастрофическому краху (обвалу).
Еще более веско звучит всеобщая критика со стороны экспертов стран Третьего мира, собранная Роубозамом. Например: «Тотальный крах финансового урок, говорящий о провале предписаний МВФ, особенно учитывая, что они были воплощены тщательно в строго предписанной форме, правительством, гарантировавшем успех. Агенство The Poverty Brokers, Латинская Америка, 1983.
В Югославии: «За последние 10 лет вся политика МВФ была провальной. Все их прогнозы оказались ошибочными, всех их меры имели эффект, обратный ожидаемому». (Сингер и Шарма, «Экономическое развитие и долг стран третьего мира», 1983).
Африка:
«Существует единогласие африканских правительств в том, что условия и меры МВФ и Всемирного Банка зачастую были слишком жесткими и неподходящими. Они спровоцировали ухудшения во всех областях экономики этих стран, особенно, что касается сельского хозяйства, производства и международной торговли» - Конференция Института Альтернативных путей Африки, Омнимод, МФВ, Всемирный Банк и Африканский долг, Зед букс, 1989 год.
В 1989 году Дейли энд Кобб приводят данные о снижении качества жизни в Америке на 40 процентов по показателям: рабочая неделя, загрязнение, уровень стресса и число разводов. Исследовательский центр Экономической политики в США говорит, что средняя заработная плата была в 2000 году на уровне 1973, таким образом большинство американцев не почувствовали на себе экономического роста, о котором говорят различные статистические данные. Что же тогда остается говорить о развивающихся странах, где неравенство гораздо больше а «прирост» гораздо ниже?
В современных капиталистических обществах (при производстве руководствуются тем) производство обычно строится на том, что приносит выгоду, а не на том, что удовлетворяет спрос. Это было бы нормально, если бы каждый, у кого есть нужда, имел бы достаточно денег для того, чтобы удовлетворить ее. Однако при экономической системе, основанной на ростовщичестве и частичном резервном обеспечении, коммерческие банки создали дефицит денег и поэтому многие люди и целые страны не могут удовлетворить свои нужды.
Не замечающие ростовщичества, а иногда даже и отрицая его существование, экономисты-традиционалисты и не пытались донести до нас анализ эту проблему, и вышеперечисленные факты. Напротив, вместо этого разрабатываются новые методы и теории, которые со временем также оказываются несостоятельными.
В итоге на фоне колебаний курсов и котировок незаметно главного: развивающиеся страны остаются с вырубленными лесами, непропорционально развитым рабочим контингентом и огромный долгом, который нужно оплачивать.
Когда в эти страны приезжают советы и рекомендации, они прибывают на транспорте Всемирного банка или МВФ. Именно их советники преобладают в правительственных отделах развивающихся стран, зачастую их присутствие ставится условием предшествующих пакетов помощи.
Джон Стиглитц, бывший главный экономист Мирового Банка, в частности, выступил с разрушительной критикой подхода Всемирного Банка в политике финансовой помощи развивающимся странам. По его словам изучение той или иной страны должно идти несколько дальше внимательного изучения ее пятизвездочных отелей, после которого министру финансов страны, обратившейся за помощью, предлагается предварительное соглашения для «добровольного» подписания. Соглашение такого рода как правило содержит стандартный набор «универсальных» компонентов (one size fits all – без размера): 1. приватизация, 2. освобождение рынка капиталов (открытие рынка капиталов) 3. рыночные цены и 4. свободная торговля. Здесь, несомненно, налицо идеология абсолютизма приверженность интересам крупных корпораций.
В случае с Эквадором абсолютизм зашел так далеко, что довел до рекомендации принять американский доллар в качестве национальной валюты, притом, что сам ВБ признал, что это приведет к тому, что 51 процентов населения окажутся за чертой бедности.
Слабость обсуждения этих проблем экономической и коммерческой реальности в научной среде не удивительна, учитывая, что в основном все исследования спонсируются из кармана самого финансового эстеблишмента. Могущественный Всемирный Банк будучи одним из самых влиятельных финансовых учреждений в этой сфере задает свою направленность дискурсу в области экономики развития. Другие культуры, другие модели развития, другие системы просто не вписываются в единодушную концепцию Вашингтона. Это один из наихудших примеров двойных стандартов Запада, когда политика держит науку в узде.
Например, до сих пор пропагандируется модель «Займи-Инвестируй-Продай-Отдай займ» при том, что Роубозам напоминает нам, что НИ ОДНОЙ развивающейся стране не удалось, войдя в долги перед МВФ и Всемирным Банком, затем их погасить. И как предлагает МВФ решать проблему дефицита бюджета и превышения импорта над экспортом в развивающихся странах: типичный совет, какая бы страна это ни была: режим жесткой экономии. Тогда почему же США, самый большой должник в мире и обладатель самого большого торгового дефицита сами не следуют этому совету? Почему то вместо этого мы видим, как правительство Буша одобряет постановление о выделении дополнительных 48 миллиардов долларов на закупку вооружения, в то время как ООН сообщает о том, что 80 миллиардов долларов ежегодно будет достаточно для того, чтобы устранить бедность в странах третьего мира, таким образом, можно помочь миллиарду людей.
Следующее противоречие: Западные правительства всегда приводят довод, что кредитное финансирование приемлемо, если проекты - самоокупаемые. Но почему им не перевести систему финансирования на долевое участие вместо того, чтобы брать проценты? МВФ и Всемирный банк настаивают на том, чтобы страны третьего мира отменили государственное субсидирование, например в области сельского хозяйства, при том, что в развитых странах на субсидирование сельского хозяйства идут сотни миллиардом долларов, например, в Европе действует Свод общих мер по развитию С\Х. Стиглитц подчеркивает, что странам Третьего Мира советуют снять все барьеры для свободной торговли, перестав защищать национальную промышленность, однако ни одна развитая страна не стала развитой благодаря этому. (Япония ведет политику протекционизма и придерживается своего приниципа Кейретсу десятки лет подряд. Штаты имели на протяжении всего 19 века высокие пошлины на импорт – за счет этого и улучшили свою ситуацию. Англия была колониальной империей – колонии дали ей этот успех. Даже такие перспективные страны переходного статуса как Южная Корея в 20 веке ввела политику протекционизма.
Quote:
«Если сильно задолжавшие страны освободить от ежегодных процентов по внешнему долгу, то только в одной Африке к 2000 году буду спасены жизни 21 миллионов детей и 90 миллионов девочек и женщин смогут получить начальное образование".
Доклад ПРООН 1997 г., стр 93
Доклад ПРООН 1997 г., стр 93
Кредитные организации говорили бедным странам, что, если брать кредиты и умно инвестировать, то они смогут покрыть этот долг и получить прибыль сверх этого. Однако они слышат это десятки лет, а долг все растет и растет. В 1980 году долг развивающихся стран составил 525.5 миллиардов долларов, при реальных погашениях процентов и основной суммы на 73.4 млрд. В 1990 году эти показатели 1259.8 и 140.6 соответственно, в 2000 г. – 2140.6 и 337.8 (Данные МВФ «Мировой обзор экономики» 2001 г.)
Западные экономисты говорили третьему миру, что экономический рост обеспечит благосостояние их народам, но для Африки, чей долг в 1970 оставлял 11 миллиардов, этот рост остался незаметным, ее долг в 2002 году возрос до 295 миллиардов.
Организации развития заявляют о своей помощи на весь мир, чтобы убедить общественность в том, что ими принимаются серьезные меры. Однако одна рука дает, вторая отбирает, причем отбирает она в несколько раз больше. Согласно данным Всемирного Банка, Ангола в 1999 году получила 261 миллионов долларов в качестве помощи, но заплатила 1114 миллионов процентами по долгу. Камерун получил 190 миллионов помощи, заплатил 549 миллионов долларов процентами по долгу, Кения получила 195 миллионов, заплатила 716 миллионов, Вьетнам получил 257 миллионов помощи, заплатил 1410 миллионов процентов (Global Development Finance, 2001).
Десятков миллионов долларов, вырученных с благотворительных концертов поп-звезд в пользу Африканского континента, едва хватает, чтобы покрыть проценты долга, набегающего всего за несколько часов. В 1999 году развивающиеся страны, включительно Восточный блок, были должны больше 2.03 миллиардов долларов странам первого мира (Global Development Finance, 2001). В 2000 году по данным МВФ эта цифра увеличилась до 2.140 миллиардов (World Economic Outlook, 2000). Ежедневно по процентам набегает 700 миллионов долга развивающего мира перед развитым. (UNDP Human Development Report, 1997).
Рассмотрим базовые показатели благосостояния, мы можем увидеть реальные, физические последствия этого долга: как он отражается на жизни людей. В 1995 году индустриальные страны зафиксировали показатель детской смертности (число смертей детей в возрасте до 5 лет на 1000 рожденных) на уровне 16. В то время как в Южной Азии цифра составила 109, а в тропической Африке – 169. (UNDP Human Development Report 1998). И это неудивительно. Ведь, например, в Танзании на выплату долга уходит в шесть раз больше, чем на здравоохранение. А в Уганде на здравоохранение тратится 2 фунта в год на душу населения, и 11.5 фунтов на погашение долга. (Jubilee 2000).
Долг развивающихся стран и выплаты по нему практически удваиваются каждое десятилетие. Т.е., по сути, основной долг никогда не будет возвращен полностью, и процентные выплаты по нему всё также будут непрерывно расти.
Но при этом ошибочно считать, что лишь развивающиеся страны страдают от применения ссудного процента в экономике. В действительности от этого страдают все, даже те, кто в относительной краткосрочной перспективе получает выгоду.
Согласно данным Министерства Международного Развития Великобритании в 2000 году 1.2 миллиарда людей в мире живут за чертой бедности, в крайней нищете, не имея доступа к базовым мед услугам, питанию, жилью. В тропических странах Африки 48 процентов людей живут без медицинских услуг, 48 – без чистой воды, 42 процента – неграмотных (не умеют читать и писать), в Южной Африке эти цифры равны 22, 18 и 49.5 процентов соответственно. Измеряемый в американских долларах по курсу на 1987 год, ВВП на душу населения в тропической Африке составлял 520 долларов а в Южной Азии 521 доллар, в то время как в индустриальных странах он равнялся $ 12.674 тысяч.
В 1996 году ООН сообщила, что самая бедная треть населения земного шара становится еще беднее. Даже Всемирный Банк признал, что число людей, живущих в абсолютной нищете (тех, кто выживает менее чем на один доллар в день) возросло с 1200 миллионов до 1500.
Долг стран третьего мира на две трети причитается коммерческим кредиторам, и одна треть многосторонним организациям кредиторов, таким как Всемирный банк, имеющим право преимущественного распределения капиталов своих членов.
Важно помнить, что цифры, в которых приводится внешний долг той или иной страны включают в себя государственный и частный долг в иностранной валюте. Долг, представленный в национальной валюте, не представляет особой сложности, потому что правительство страны может выпустить новые деньги, чтобы погасить его, за исключением, если действует механизм (полного) обеспечения (золотовалютного) эмиссии или если она привязана к другой валюте. А вот произвести американские доллары или другие западные деньги развивающиеся страны уже не могут и поэтому их долги странам первого мира становятся неподъемной финансовой ношей.
Помимо терминологических сложностей, есть также и ловушки статистики, о которых следует упомянуть. Необходимо различать между номинальным долгом страны и стоимостью этого долга в настоящее время (дисконтируемой, ожидаемой в будущем стоимости). Поскольку 10-процентная ставка по кредиту в 10 долларов равна однопроцентной ставке по кредиту в 100 долларов, некоторые займы, предоставляемые странам, могут быть объявлены (фигурировать) по дисконтируемой стоимости долга, чтобы занизить реальное положение вещей. К примеру, в 1999 году, номинальный/текущий долг Бенина составил $ 1.62 миллиарда/0.70 миллиардов, Бурунди $1.06\0.54 миллиарда.
Другой статистический прием – суммой обслуживания долга может быть заявлена сумма, которая реально платится, а не та, на которую рассчитан контракт. Поэтому может казаться что ситуация не ухудшается, а цифры остаются стабильными лишь потому что та или иная страна не может платить больше определенной планки.
Прошло пятьдесят лет так называемой «политики развития» и международные финансовые организации стали изобретать ей различные оправдания. Самым популярным аргументом стал штамп «коррумпированные диктаторы», но, так же как и другие доводы, он не проходит проверку. Что, все страны третьего мира коррумпированы? Если это так, то почему западные кредиторы заметили это лишь после того, как тысячи миллиардов долларов давались в долг десятилетиями? Так что же? Все население коррумпировано или только лидеры? Если так, то кто готовил этих лидеров, кто продвигал их, кто поддерживал их? Разве Западный мир не принимал в этом участия? Те, кто хоть что-то понимают в истории, конечно, не нуждаются в ответе на этот вопрос.
Следующий довод – это «переработанные нефтедоллары», и он также трещит по швам как несостоятельная попытка объяснить проблему долга развивающегося мира. Потому что на деле эта проблема гораздо старше, чем увеличение цен на нефть в 1970 году. Египет в 1860-х, Османская Империя в 1870-х и почти вся Южная Америка в 1930-х пережила дефолт из-за долга индустриальным странам. В 1960-х уже Бразилия, Турция и Аргентина попросили о реструктурировании. И если эта проблема возникла отнюдь не после нефтекризиса, то вряд ли можно винить во всем нефтедоллар.
Другая современная привычка – это вносить поправки в определение той проблемы, которую невозможно исправить, или придумывать новые меры, если старые оказались слишком тяжелыми. Вот один пример: «Открыть свою экономику глобальной экономике – определяющий фактор, благодаря которому развивающиеся страны смогут развить конкурентоспособность в производстве многих продуктов. В этих странах, названных Всемирным Банком «новыми глобализаторами» (Всемирный банк, Глобализация, экономический рост и бедность: факты, опасения и план действий) число людей, живущих в абсолютной нищете сократилось более чем на 120 миллионов (14 процентов) с 1993 по 1998»
(Данные МВФ, Глобальная Либерализация торговли и развивающиеся страны, 2001 год)
Похожим способом сокращалась безработица в Великобритании при правительстве Маргарет Тэтчер в 80-е года: резкая эмиссия денег и внесение более ста поправок в определение слова «безработный».
Помимо этого есть также фактически верные утверждения, однако дающие неверное представление о реальной ситуации, потому что в них опускаются существенные детали. Британский экономист Майкл Роубозам в книге Goodbye America, 2000 приводит пример Уганды, названной бывшим министром финансов США Ларри Саммерсом страной, испытавшей несколько лет экономического роста при политике Всемирного Банка в 1990-х годах. Однако в этом заявлении ничего не говорилось о том, что в 2000 году доход на душу населения в этой стране снизился на 30 процентов по сравнению с 1983 годом. Формально Саммерс был прав, действительно были эти «несколько лет экономического роста», но затем меры, предписанные Вашингтоном привели в катастрофическому краху (обвалу).
Еще более веско звучит всеобщая критика со стороны экспертов стран Третьего мира, собранная Роубозамом. Например: «Тотальный крах финансового урок, говорящий о провале предписаний МВФ, особенно учитывая, что они были воплощены тщательно в строго предписанной форме, правительством, гарантировавшем успех. Агенство The Poverty Brokers, Латинская Америка, 1983.
В Югославии: «За последние 10 лет вся политика МВФ была провальной. Все их прогнозы оказались ошибочными, всех их меры имели эффект, обратный ожидаемому». (Сингер и Шарма, «Экономическое развитие и долг стран третьего мира», 1983).
Африка:
«Существует единогласие африканских правительств в том, что условия и меры МВФ и Всемирного Банка зачастую были слишком жесткими и неподходящими. Они спровоцировали ухудшения во всех областях экономики этих стран, особенно, что касается сельского хозяйства, производства и международной торговли» - Конференция Института Альтернативных путей Африки, Омнимод, МФВ, Всемирный Банк и Африканский долг, Зед букс, 1989 год.
В 1989 году Дейли энд Кобб приводят данные о снижении качества жизни в Америке на 40 процентов по показателям: рабочая неделя, загрязнение, уровень стресса и число разводов. Исследовательский центр Экономической политики в США говорит, что средняя заработная плата была в 2000 году на уровне 1973, таким образом большинство американцев не почувствовали на себе экономического роста, о котором говорят различные статистические данные. Что же тогда остается говорить о развивающихся странах, где неравенство гораздо больше а «прирост» гораздо ниже?
В современных капиталистических обществах (при производстве руководствуются тем) производство обычно строится на том, что приносит выгоду, а не на том, что удовлетворяет спрос. Это было бы нормально, если бы каждый, у кого есть нужда, имел бы достаточно денег для того, чтобы удовлетворить ее. Однако при экономической системе, основанной на ростовщичестве и частичном резервном обеспечении, коммерческие банки создали дефицит денег и поэтому многие люди и целые страны не могут удовлетворить свои нужды.
Не замечающие ростовщичества, а иногда даже и отрицая его существование, экономисты-традиционалисты и не пытались донести до нас анализ эту проблему, и вышеперечисленные факты. Напротив, вместо этого разрабатываются новые методы и теории, которые со временем также оказываются несостоятельными.
В итоге на фоне колебаний курсов и котировок незаметно главного: развивающиеся страны остаются с вырубленными лесами, непропорционально развитым рабочим контингентом и огромный долгом, который нужно оплачивать.
Когда в эти страны приезжают советы и рекомендации, они прибывают на транспорте Всемирного банка или МВФ. Именно их советники преобладают в правительственных отделах развивающихся стран, зачастую их присутствие ставится условием предшествующих пакетов помощи.
Джон Стиглитц, бывший главный экономист Мирового Банка, в частности, выступил с разрушительной критикой подхода Всемирного Банка в политике финансовой помощи развивающимся странам. По его словам изучение той или иной страны должно идти несколько дальше внимательного изучения ее пятизвездочных отелей, после которого министру финансов страны, обратившейся за помощью, предлагается предварительное соглашения для «добровольного» подписания. Соглашение такого рода как правило содержит стандартный набор «универсальных» компонентов (one size fits all – без размера): 1. приватизация, 2. освобождение рынка капиталов (открытие рынка капиталов) 3. рыночные цены и 4. свободная торговля. Здесь, несомненно, налицо идеология абсолютизма приверженность интересам крупных корпораций.
В случае с Эквадором абсолютизм зашел так далеко, что довел до рекомендации принять американский доллар в качестве национальной валюты, притом, что сам ВБ признал, что это приведет к тому, что 51 процентов населения окажутся за чертой бедности.
Слабость обсуждения этих проблем экономической и коммерческой реальности в научной среде не удивительна, учитывая, что в основном все исследования спонсируются из кармана самого финансового эстеблишмента. Могущественный Всемирный Банк будучи одним из самых влиятельных финансовых учреждений в этой сфере задает свою направленность дискурсу в области экономики развития. Другие культуры, другие модели развития, другие системы просто не вписываются в единодушную концепцию Вашингтона. Это один из наихудших примеров двойных стандартов Запада, когда политика держит науку в узде.
Например, до сих пор пропагандируется модель «Займи-Инвестируй-Продай-Отдай займ» при том, что Роубозам напоминает нам, что НИ ОДНОЙ развивающейся стране не удалось, войдя в долги перед МВФ и Всемирным Банком, затем их погасить. И как предлагает МВФ решать проблему дефицита бюджета и превышения импорта над экспортом в развивающихся странах: типичный совет, какая бы страна это ни была: режим жесткой экономии. Тогда почему же США, самый большой должник в мире и обладатель самого большого торгового дефицита сами не следуют этому совету? Почему то вместо этого мы видим, как правительство Буша одобряет постановление о выделении дополнительных 48 миллиардов долларов на закупку вооружения, в то время как ООН сообщает о том, что 80 миллиардов долларов ежегодно будет достаточно для того, чтобы устранить бедность в странах третьего мира, таким образом, можно помочь миллиарду людей.
Следующее противоречие: Западные правительства всегда приводят довод, что кредитное финансирование приемлемо, если проекты - самоокупаемые. Но почему им не перевести систему финансирования на долевое участие вместо того, чтобы брать проценты? МВФ и Всемирный банк настаивают на том, чтобы страны третьего мира отменили государственное субсидирование, например в области сельского хозяйства, при том, что в развитых странах на субсидирование сельского хозяйства идут сотни миллиардом долларов, например, в Европе действует Свод общих мер по развитию С\Х. Стиглитц подчеркивает, что странам Третьего Мира советуют снять все барьеры для свободной торговли, перестав защищать национальную промышленность, однако ни одна развитая страна не стала развитой благодаря этому. (Япония ведет политику протекционизма и придерживается своего приниципа Кейретсу десятки лет подряд. Штаты имели на протяжении всего 19 века высокие пошлины на импорт – за счет этого и улучшили свою ситуацию. Англия была колониальной империей – колонии дали ей этот успех. Даже такие перспективные страны переходного статуса как Южная Корея в 20 веке ввела политику протекционизма.
![]() |
![]() |
|